litavrinaob

Курс авторского тренинга
для современной женщины
«Путь к успеху».

Психология удачного замужества, поиска перспективной работы, построения успешной карьеры, развитие способности покорять. Гарантия результативности обучения. Курс ведет выдающийся педагог – психолог, почетный работник образования РФ, стипендиат Фонда Д.Сороса за достижения в области психоло – гуманитарных наук, член попечительского совета Фонда А.С.Пушкина, глава Совета  директоров экспериментальной площадки Российской Академии Наук. Количество участников ограничено. Первая группа осени из 5 человек получит эксклюзивные практические материалы. Стоимость обучения  пять тысяч рублей. Количество лекций 5, занятия раз в неделю. Начало занятий  после формирования групп. Заявки принимаются по тел.:  (495)742-28-44 горячая линия с лектором 18:00-20:00 в рабочие дни, (499) 186-56-10 круглосуточный, сообщите контактную информацию  и с вами свяжутся. Электронная почта RAZUML@LIST.RU

Ответ редакции "Моя семья" на предложение о выпуске совместного сборника принято

От кого:  <gazeta@moya-semya.ru> Кому: "Ольга Литаврина" <litavrinaob@mail.ru>
Дата: 25 Июн 2010 16:08:4

Здравствуйте, уважаемые коллеги.

Спасибо вам за прекрасный отзыв. Для таких читателей, как вы, мы и делаем нашу газету.

Что касается идеи альманаха, то такая мысль приходила в голову и нам. Сейчас разрабатывается проект дайджеста лучших публикаций  "Моей Семьи", и мы надеемся его осуществить. Тем более что кроме нас этого никто не сможет сделать, ведь права на публикацию рассказов авторы передают издательству. Без передачи прав любое их воспроизведение является незаконным, иначе говоря, "пиратским". Издание газеты, журнала или альманаха - довольно сложный вид деятельности, где мало лишь желания и энтузиазма. Нужны серьёзные  средства, а главное, специалисты - юристы, менеджеры, агенты по распространению, не говоря уж о творческом коллективе редакции. Вот почему изданием средств массовой информации занимаются специализированные издательские дома. При всём желании лицей вряд ли обладает  такими возможностями, а главное, не владеет правами на издание.

Однако мы рады вашему предложению. И, возможно, обратимся к вам, когда встанет вопрос об отборе материалов для наших сборников. Насколько можно судить, у вас не рядовой коллектив, в котором собрались хорошо образованные и неравнодушные люди, специалисты по  литературе и искусству. Ваша помощь может быть неоценима.

Реакция заинтересованных читателей - это наш главный резерв, и мы будем рады обратиться к вам, чтобы вы вспомнили лучшие публикации прошлых лет

Редакция газеты "Моя Семья"
 

Аннотация: Теперь время - время звезд. Звезд штампуют телевизионные фабрики, открывают каналы радио и творческие ВУЗы. Сотни маленьких «звездочек» съезжаются с периферии в столицу – покорять вершины российской и мировой эстрады. А как там живется им, настоящим большим звездам, бесспорным богам заоблачного Олимпа? Так ли уж притягательна трагическая и страшная изнанка их жизни?

ISBN 978-591680-002-9
УДК 792.7.071(100)
ББК 85.36(2)6-8+85.36(36)6-8
Литаврина О.Б., 2010г.
С.104. Обложка глянцевая, жесткая, иллюстрирована авторскими рисунками

Контактная информация: Москва, пр-зд Дежнева, дом 11-а, (499) 186-56-01, (495) 742-28-44 RAZUML@LIST.RU

Фотографии от 25.06.2010, стена памяти Новинский бульвар 27




 

Отправлено заказным письмом и по электронной почте.
Редакция общероссийской газеты "Моя Семья"  Тел. редакции: (499) 124-26-68  E-mail: gazeta@moya-semya.ru
Почтовый адрес редакции: Красная площадь, дом 1, Москва, 109012

Уважаемая редакция. Дорогие друзья «Моей семьи»!

         Коллектив возглавляемого мною лицея в полном составе  - Ваши читатели и почитатели, к тому же многолетние.

         Мы неоднократно обращались к Вам письменно и несколько раз размещали свою информацию в газете. Наш лицей – особый. Литературный. В каком – то смысле – преемник Царскосельского лицея Пушкина. И, конечно, мы собираем подшивки всех лучших произведений, напечатанных в действительно народном издании. Поклонники Олефира, Н.Старых, Владимира Гуда, большие любители рубрики «Рассказы сельского батюшки». Да что говорить – всеми семьями читаем газету от корки до корки, ждем- не дождемся следующих номеров!

         Летом мы слегка разгрузись от учебы, благополучно сдали ЕГЭ (пресловутый!) – и принялись работать над «идеями».

         Самый большой отклик вызвала в коллективе идея издания настоящего, полноценного сборника лучших произведений из «Моей семьи». По аналогии с недавно вышедшим сборником лучших публикаций журнала «Москва».

         А там, глядишь, и получится периодически выпускать новые и новые альманахи лучших произведений – все-таки в газетном варианте их век не очень долог. Если идея заинтересует большую семью читателей и авторов газеты, а редакция даст добро» - все остальное берем на себя!

         Библиотечка Моей семьи» - правда, звучит неплохо? Рассказы и повести можем получать через редакцию, а можем, с Вашего разрешения, связываться с авторами напрямую – все равно ведь газеты теряются, и не все доходит даже до подшивки – например, поразивший меня рассказ «Колдун» - а вот автора не помню.

С нетерпением ждем  отклика.

Литаврина Ольга Борисовна

129642, Москва, проезд Дежнева, 11/А

 WWW.razum-l.ru

razuml@list.ru

472-28-44    8-499-186-56-01

Глава 3    Первый сон.   
      
            Вот так. По порядку.

         Первый раз сон о Майкле Джексоне я увидел, дай Бог памяти, лет тридцать тому – как раз когда не мог определиться с институтом. Родители не сомневались, что я благополучно сдаю на юридический в МГИМО, а я – я сам забрал документы после первого экзамена, самовольно забросил их в непрестижный девчачий областной пед., на никому не нужную литературу, да еще и под конец недобрал полбала до проходного!

         В день, когда вывесили списки, я один уехал на родительскую дачу, и всю ночь разбирался в себе. Наврать родителям, что срезался на юрфаке? Но они попрутся хлопотать, смотреть оценки, и правда вылезет наружу! Сказать, что вообще никуда не сдавал – последует выволочка на обширном семейном совете, целый год тюремного режима и уже поднадзорные экзмены в тот же самый МГИМО! Забрать документы и отнести куда-нибудь в жалкий Институт культуры, на массовика-затейника – но массовик из меня получился бы примерно такой же, как юрист!

         В самых растрепанных чувствах я безнадежно напился на даче, но сон , что я тогда увидел, преследовал меня много лет – до следующей встречи с Майклом Джексоном…

         Дача исчезла. Я сам, щуплый, но жилистый цветной парень, очутился с кентами на узкой грязноватой улочке южного мегаполиса – Нью Йорка?

         Целый день мы проболтались в этом небогатом районе в тщетной надежде так или иначе огрести монету – но единственное наш везение под вечер заключалось  в «удачном» попадании в подземку по использованным талонам. Помню, как мы долго спускались по узкому грязному тоннелю, ведущему к станции подземки, разглядывая рисунки граффити и поддевая ногами банки из-под колы.

         Помню, как мы легко проскочили в вечерний вагон, где стояли и сидели усталые люди. Помню, что белых оказалось большинство вначале, а через две остановки в вагон набились латиносы и цветные из ремонтных мастерских неподалеку, - и на нас перестали обращать внимание. Последнее помню – как место мне освободила седоватая цветная домохозяйка, рванув к выходу с набитым сумками – как раз вовремя, чтобы я устроился поудобнее и погрузился в долгожданный «приход» – от выкуренной перед подземкой сигареты с плантом. И сразу волна накрыла меня и отгородила от стоящих поодаль друзей, от людей в подземке, отгородила их жизнь от моей начинающейся жизни…

         Свет вокруг меня погас. Я стоял один на сцене в огромном зрительном зале – огромном, как стадион. Я закончил последнюю песню. Я стоял, держа микрофон в руках, щуплый цветной паренек с белозубой улыбкой. Перебегающий луч света выхватывал из темноты бледные пятна человеческих лиц, все белые, мертвенно-белые, с черными распахнутыми в крике ртами. Публика не выкрикивала, не свистела – она ревела, ревела в одну глотку, выплескивая неистовое напряжение, которое я передал ей со сцены. Тысячи глоток скандировали всего два слова, сила и напор которых могли снести этот крытый стадион, как карточный домик. Я, цветной парень Майкл Джексон, стоял и слушал эти два слова, в которых уместилась гигантская и свирепая душа толпы.

«Майкл, синг! Майкл, синг! Майкл, пой! Майкл, пой!» И ничего больше. Я чувствовал себя царем этой толпы, я был Мессия, я нес ей Слово, подобного которому еще не слышали в этом мире. Я мог лепить ее душу по своей воле, мог заставить  ее плакать или смеяться, любить – или ненавидеть. По моему Слову она пошла бы  на любое безумство – и на любой подвиг! Я был кумиром толпы, Властелином Мира – и это сознание подняло меня на  самую вершину и оставило там одного – тогда мне казалось, что это и есть несравненная полнота бытия…»

         Проснувшись наутро по-прежнему на своей даче, я почему-то не ощутил уже знакомого похмелья. И сон запомнился во всех подробностях – как  то, что именно я сам был в нем Майклом Джексоном – в те годы еще просто одним из зарубежных певцов, чьим творчеством, кстати, я никогда не увлекался. Зато четкий и яркий сон принес мне  столь же четкое решение: неделю я твердо и уверенно отсыпался на даче, уверяя родителей, что набираюсь сил после вступительных экзаменов. А через неделю ко мне домой пришла телеграмма из педа. Меня приняли на любимый литературный факультет, а родичи к моменту моего возвращения успели привыкнуть к этой мысли и даже найти в педагогическом образовании какие-то плюсы – все-таки ведь лучше, чем ничего!

         Так и пошла дальше жизнь. Кстати, где-то в желтой прессе я натолкнулся на базар о том, что «именно пророческий сон в юности предрек Майклу Джексону его великое будущее и укрепил его на выбранном пути.» Не знаю до сих пор, предрек ли мне такое же будущее тот сон – или просто помог отстраниться, отдохнуть и собраться с силами?  Тем более, что был он не единственным и не последним…

  

Звоните  (495) 472-2844,  я смогу взять трубку между 17:00 - 20:00, в остальное время секретарь.
Звоните  (499) 186-5610 - круглосуточный.
Заказы принимает мой секретарь и по электронной почте на адрес RAZUML@MAIL.RU

Предыдущие книги:
  

Фрагмент повести "Письмо с того света"

Вечер мы провели в давно забытой уютной домашней обстановке – жена даже расстаралась на ужин при свечах…

         А теперь она стояла за открытой дверью, и лицо ее не выражало нечего. Абсолютно. Выдержав паузу, она просипела: «Я завезла бумажник, - ты утром забыл дома!» Прервалась, будто ей не хватило воздуха. Отступила, закрывая дверь за собой, и как-то очень четко, прямо по-военному, простучала по лестнице острыми каблучками…

         В полной  тишине все в комнате перевели дух. Заговорили, засмеялись – через час об инциденте никто и не вспомнил. Только девочка-курьер, уходя домой, неожиданно пожала мне руку…

         …О том, что случилось дома, мне мерзко и стыдно вспоминать. Домой в тот раз совершенно не тянуло, почему-то хотелось напиться, но я мужественно преодолел искушение (тем более  - перед зарплатой – дело оставалось за малым), и хоть и поздно, но самостоятельно и  резво добрался до квартиры. Открыл дверь своим ключом – и прямо прошел в гостиную, ожидая чего угодно... кроме того, что увидел.  Нет, вроде ничего из ряда вон. Жена была дома, то входила, то выходила  куда-то на кухню, в ванную, бестолково суетилась, не обращая внимания на мою уличную куртку и грязные ботинки на ковре. И в комнате все тоже было обычно – на первый взгляд. А после  - глаза мои сразу уперлись  в нечто ужасное – бесстыдно зияющую серую дыру  с размазанной штукатуркой прямо посередине недавно зашпатлеванного и побеленного моими силами потолка. Под этой дырой, как-то сиротливо разбросав провода и крепления, валялась бедная, поруганная, разбитая и ободранная, дорогая моему сердцу люстра…

         Убедившись, что зрелище дошло до моих ошарашенных мозгов, жена выдвинулась из кухни и произнесла – замечательный, актерский, пропавший впустую без публики, душераздирающий монолог. О том, что она… имела глупость…загубила жизнь…с таким слюнтяем…импотентом и неудачником… без копейки денег… и этот  слюнтяй и импотент еще смеет…

         Ее слова доходили  до меня урывками. Когда она, наконец, устала и приостановилась, я прошел  в кухню, налил стакан водки, хлопнул пустой бутылкой об  пол – и неприлично, некрасиво, безо всякого мужского самообладания, заорал, срываясь с низких нот на высокие: «Заткнись! Сидишь  у меня на шее! Куда тебе детей – кроме яичницы, ничего не умеешь, даже белье отвозишь мамочке! Не могу, не хочу с тобой больше», - и тому подобное. Я орал, как потерпевший, как раб, которого долго – долго «прогибали», пока не вспыхнул «бунт на корабле»!

         Жена особенно не прислушивалась – хотя и поняла – перегнула палку. Мне же, едва замолчал, сделалось неловко – чего уж тут скандалить, когда дело ясное. И вот эта полная и абсолютная ясность, которую нутром почуяла притихшая жена, и заклинила наши семейные отношения намертво. У меня и раньше так бывало: раз и навсегда. Почему-то именно так, над моей люстрой, кончилась моя  к жене привязанность, чувство ответственности за нее, за нашу семью, желание строить какое-то  будущее. Кончилось все. И нечего было орать, - мне даже и разговаривать с ней больше не хотелось. Неисправимо трезвый от водки, я ушел из дома – и до закрытия сидел на последние деньги в ближайшей кофешке.

         А дальше? Ты думаешь, мы разошлись, я эффектно  хлопнул дверью, а жена и теща выбросили мой чемодан а лестницу? Так бывает только в книжонках! А мы с женой… продолжали жить дальше. Именно продолжали жить, правда, теперь уже, как соседи, и если б что-то зависело о жены, думаю, она даже могла исправиться. Старалась готовить, пусть для себя одной, сама стирала белье (я пользовался  прачечной), убиралась раз в неделю – напоказ. А главное – сделалась такая тихая, робкая и виноватая. Даже мать свою как-то оборвала, когда теща, заявившись к нам, с порога принялась охаживать  «непутевого зятя». Словом,  я жил по пословице – «везде хорошо, где нас нет»! Потому что меня в этом дом уже не было. Совсем. И стало не о чем говорить, и я просто не торопился, оформляя ссуду на работе и обзванивая банк по поводу ипотеки.

         Мне было так не по себе это время, что чужую боль и беззащитность я ощущал еще обостреннее. Однажды чуть не кинулся в метро к старой карге, ударившей палкой худого бездомного пса. Ну и что ж, что облаял, он ведь такой же, как ты  - голодный и больной! И чует  твое раздражение, и реагирует – по-своему, по-собачьи!

Последний век. Последний срок

Отмерен нам с тобой

На перепутье всех дорог,

Прочерченных судьбой.

А мы, подняв воротники,

Шагаем тяжело.

Как будто и не старики –

А сколько лет прошло!

Состарил души счет потерь,

Которым нет конца;

И чье-то горе нам теперь

Не разорвет сердца.

Кто равнодушен. Кто жесток.

Мы все – проездом здесь.

В последний век. В последний срок

В палате номер шесть…